Ирина Уварова: «Эту службу оставить невозможно»

30 октября 2018

Ирина Уварова – одна из четырнадцати  женщин, возглавляющих региональные управления Службы судебных приставов. На должность Руководителя Управления Федеральной службы судебных приставов по Курганской области – Главного судебного пристава по Курганской области она назначена 8 октября 2018 года приказом Министерства юстиции Российской Федерации. И сегодня Ирина Лазаревна абсолютно уверена, что в далёком 1995 году звёзды сошлись именно так, чтобы она пришла работать судебным исполнителем Курганского городского суда: иного дела для себя она не мыслит.

Но ведь вряд ли девочки в детстве мечтают быть судебными приставами?

- Сколько я себя помню, меня привлекала юриспруденция, - рассказывает Ирина Уварова. - Конечно, представления о профессиях адвоката, прокурора, следователя, судьи черпала из детективов. Очень хотелось быть среди них. Но путь в Уральскую юридическую академию для меня был тернист – в сельской школе в Мокроусовском районе, которую  окончила, не было уроков иностранного языка, а вступительный экзамен по этому предмету был одним из обязательных. Литература была одним из любимых школьных предметов. И я поступила в Курганский государственный педагогический институт на специальность «Русский язык и литература». На педагогической практике у меня получалось неплохо. Даже была отмечена за открытый урок по творчеству Владимира Высоцкого. И всё-таки не было ощущения, что я хочу посвятить школе свою жизнь. Когда работала над дипломной работой, очень увлеклась исследованиями, даже были мысли заняться наукой. Но... Буквально дня через два после получения диплома знакомые, знавшие о моём тяготении к юриспруденции, сообщили, что есть вакансия судебного исполнителя в Курганском городском суде. Было несколько претендентов, но благодаря высшему образованию взяли меня. Разносила  повестки, вызывала должников, вела  с ними беседы, брала  объяснения... Старшие коллеги в этих беседах, видимо, находили какие-то  аргументы, что некоторые из должников вставали на путь исправления. Я же не могла понять, как им это удаётся? Казалось, что  не смогу и не задержусь надолго.

- Но задержались! И уже 23 года в этой профессии. Что же этому способствовало, Ирина Лазаревна?

- Я её поняла. Сказать, что не осталось вопросов – неправильно. У нас такая работа, что мы учимся каждый день: учимся друг у друга, у сторон исполнительного производства – они начинают искать различные маневры, чтобы обойти закон, а мы предпринимаем все усилия, чтобы им этого не позволить. В этом помогают знания, опыт, и, конечно, признание государством важности нашей службы. Я  прошла всю её историю: Управление федеральной службы судебных приставов по Курганской области создавалось на моих глазах. И даже не  представляю, что я могла бы её оставить. Хотя полученное потом юридическое образование позволяло поменять работу.

Получала его не для карьерного роста. Для меня важно быть хорошим специалистом там, где я уже работала. Я поступила в Уральскую академию государственной службы по специальности «юриспруденция», когда моему старшему сыну было 8 месяцев, а окончила её, когда 8 месяцев было уже младшему. Вот такая «магия цифр» и творческий подход к декретному отпуску (смеётся).

- Ирина Лазаревна, когда вы работали рядовым судебным приставом -исполнителем, вам приходилось непосредственно встречаться с должниками. Наверное, это очень тяжело, когда на тебя смотрят как на «злодея, который пришёл забрать последнее»?

- Это  как войдёшь в дом. Если резко и высокомерно – нужного результата не добьешься, наоборот, вызовешь противодействие. Даже если твой визит неприятен людям, их нужно и можно к себе расположить. Это умение нельзя почерпнуть из учебника; оно приходит только с опытом: сначала старших коллег, потом – собственным.

Помню мой первый выход на участок с Татьяной Алексеевной  Гузь. В Заозёрном пришли к должнику по алиментам, и она ему такую лекцию прочитала о родительских обязанностях! ... Мужчина устроился на работу, начал гасить долг по алиментам и пришел потом к ней,  чтобы отчитаться.

Когда начинала работать, мы ходили по адресам в одиночку, без сопровождения. Судебные приставы – исполнители, в основном, женщины. Сегодня рядом с ними на исполнении  судебные приставы по обеспечению установленного порядка деятельности судов, в основном, мужчины. Эта наша силовая составляющая.

 А в целом, не только в Курганской области, но и в других регионах, принудительным исполнением судебных решений, в основном, занимаются женщины. Может быть, потому, что они более усидчивые, дотошные, у них лучше получается работать с документами…

Наверное, из-за  многогранной деятельности службы судебных приставов для вас защита интересов детей наиболее сложная?

Я бы назвала это направление наиболее ранящим. Стандартно подходить  к этому направлению нельзя. Потому что должник – это не какой-то виртуальный человек, а вполне конкретный, у которого  масса личных проблем. Через себя приходится очень многое пропускать. Были случаи, когда наши сотрудники приходили к должникам, и находили или одиноких стариков, или брошенных детей. Конечно, принимали меры к тому, чтобы помочь им.

Трудность нашей работы не в том, что приходится работать с большим объемом документов, а именно в том, что с обеих сторон идёт эмоциональный негатив. Взыскатель не удовлетворен тем, что не исполнено решение по восстановлению его прав; должник нервничает, потому что ему не хочется расставаться со своим имуществом. И этот негатив замыкается на судебном приставе - исполнителе.

А при долгах по алиментам помимо этих двух сторон есть еще ребёнок. Ребёнок, который из-за того, что папа его не обеспечивает, лишен не только многих радостей детства, а нередко и самого необходимого.

Как-то в одном из районов области мне пришлось общаться с начальником отдела судебных приставов по поводу взыскания средств в пользу детей детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей. Посоветовала ему съездить в детский дом и посмотреть, в каких условиях живут воспитанники, что едят, какими игрушками играют.

Убеждена: от того, как мы сейчас поможем этим детям, зависит, кем они будут: асоциальными личностями или достойными гражданами своей страны.

- Ваша служба чаще на стороне государства или на стороне гражданина?

- Наша служба на стороне закона. Мы работаем и в интересах государства, и для взыскателей. В этом году, например, взыскали 2 млрд. рублей в пользу тех, чьи права были нарушены.

Гражданин обратился в суд, суд вынес решение, оно вступило в силу. А дальше? А дальше нужно, чтобы это решение было выполнено и восторжествовала справедливость. Мы - конечная стадия правосудия. И это возлагает на нас огромную ответственность.

С 2000 по 2005 годы я работала приставом-исполнителем по особо важным исполнительным документам. Приходилось работать по делам с очень большими суммами долга, было очень серьезное противодействие очень умелых адвокатов должников. Нужно было не только документ взвешенно составить, а выверять каждое слово. Помню, сторона должника обжаловала мои действия. И чтобы обосновать законность своих действий, я вынесла постановление на 17 страницах!

- Но вы же исполняете решение суда... И всё-таки ваши действия можно обжаловать?

- Да, у должников есть право обжаловать действия судебного пристава. Многие им  злоупотребляют,  чтобы затянуть процесс, оттянуть время уплаты долга. Например, нередко приходят с такими претензиями: я от вас даже уведомление не получил, а деньги с моего счёта списывают... Но возьмём оплату жилищно-коммунальных услуг. Все знают, что срок их оплаты – 25 число. И если вы этого не сделали, становитесь должником. Какое ещё уведомление нужно? А когда судебные приставы пытаются вернуть должника на стезю выполнения своих обязанностей, их почему-то делают виноватыми. «Пристав» – это не от слова приставать как некоторые ошибочно думают, а от слова «приставлен» – приставлен в помощь государству, в помощь гражданам.

Действующее законодательство даёт должнику возможность осознать свои действия и вновь стать законопослушным гражданином. Тот же долг по коммуналке всё равно придётся заплатить – через службу судебных приставов, она заставит это сделать. Но при этом будет взыскание исполнительского сбора, а также дополнительная имущественная санкция – возможно, арест имущества, запрет на все регистрационные действия, вы не сможете ничего продать, переоформить, какие-то имущественные права будут ограничены. Об этом мы всегда информируем должников – воспитываем, можно сказать.

- Вы уже больше 20 лет в этой сфере, Ирина Лазаревна. Стали ли люди более дисциплинированными в плане отношения к своим собственным долгам?

- К сожалению, нет. Количество исполнительных документов растёт с каждым годом. Даже возможность оплатить штраф ГИБДД с 50-процентной скидкой, если сделать это в течение 20 дней со дня вынесения постановления о наложении административного штрафа, не принесла того снижения, которого мы ожидали. Немного снизилось количество долгов по коммуналке. Но даже при этом по коммунальным платежам взыскали почти 50 млн. рублей за девять месяцев этого года, это малая часть от того, что ещё надо взыскать. 70% этой суммы взыскано за счёт удержания из дохода. То есть доходы у людей были, но оплачивать коммунальные услуги они не считали нужным.

Это – умышленное уклонение от исполнения обязанностей.

В этом году выросло число исполнительных производств по кредитам, прежде всего, за счёт микрозаймов – это настоящая беда.

Хотелось бы подчеркнуть: по каждому должнику в течение двух-трёх суток появляется полная информация о его имуществе, размере доходов и т.д. У нас широкий доступ к информации, которая позволяет отслеживать, оценивать действия должника. Даже сам банк исполнительных производств, который в свободном доступе, оказывает воспитательное воздействие – те, кто в него внесён, не могут утроиться на работу, взять кредит и т.п. Столкнувшись с этим, люди всё- таки начинают решать проблемы с долгом.

- Какие первостепенные задачи вы наметили для себя?

- К числу важных для меня задач отношу сохранение традиций управления.

Одна из них  – открытость для СМИ, заложенная первым руководителем Александром Николаевичем Бушмакиным. Общение с журналистами для нас ценно не для отчёта по каким-то цифровым показателям, а для того, чтобы граждане  были более информированными, знали, где, как узнать о своей задолженности, как не надо себя вести, если попали в категорию должников, и что  их  ждут более ощутимые финансовые потери,  если  будут  скрываться  от судебных приставов.  

Другая -  внимание к людям. Ветераны коллектива – желанные гости. Общение с бывшими коллегами,  искренними, доброжелательными  приносит столько позитива! Мы рады, что в управлении работают те, кто стоял у его истоков. От них исходит огромная поддержка. Нам дорог их опыт, дорого их постоянство, их преданность службе. О вкладе в развитие службы многих из них рассказывают материалы музея истории управления. Но самые дорогие для нас экспонаты – те, которые связаны с жизнью и подвигом нашего коллеги Михаила Малинникова. Он погиб ровно пять лет назад на своём посту, преградив дорогу вооружённому злоумышленнику, пытавшемуся пройти в зал судебных заседаний. Всё это время коллектив управления поддерживает тесную связь с семьёй Михаила Анатольевича, заботится о его близких. Каждый год 1 ноября, в день судебного пристава и в день гибели Михаила мы отдаём дань его памяти. И очень хорошо понимаем, как нужна и важна наша служба. 

 

                 

Городская газета «Курган и курганцы», 30 октября 2018 г.

Вера Мусина, фото А.Алпаткина

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Время создания документа: 31 октября 2018 11:39

Печать